Объявление

Свернуть
Пока нет объявлений.

ЭФЕМЕРИДЫ

Свернуть

Реклама

Свернуть
X
  • Фильтр
  • Время
  • Показать
Очистить всё
новые сообщения

  • ЭФЕМЕРИДЫ

    ЯКОВ ЕСЕПКИН

    ЭФЕМЕРИДЫ

    I

    Кровь нисана с гортензий сольем,
    Вспеним ею златые куфели,
    Чти скитальцев ночных, Вифлеем,
    Подавай им вино и трюфели.

    Что ж успенных сильфидам корить,
    Буде юность веселие имет,
    Станем граций чудесных мирить,
    Наши ль звезды тлеение снимет.

    Челядь спит, во смуге ободков
    Мы одне, в сукровице незвездной,
    И не алчем вина и цветков,
    И с Уранией плачем над бездной.

    II

    Челядь злая в лакейской сипит,
    Ледяные рейнвейны у Цилий,
    Кто сегодня во Аде не спит,
    Вот мелки – их гасили меж лилий.

    Се трилистники, будут листать
    Мел царевны иль здравствовать чаши,
    Обнажатся светилам под стать
    Апронахи кровавые наши.

    Горьки постные брашна, столы
    Звездной ветошью Цили убрали,
    И лиется желтица из мглы,
    Где бесились меловые крали.

    III

    Со багетниц прогнать ли мышей,
    Тальком оспину вретищ добелим,
    Плачь, Вифания, золотом шей
    Сонм юдиц, коих желтию хмелим.

    Чахнут фрейлины в замках пустых,
    Малахит изукрасил обсиды,
    Мглой капличной огнем налитых
    Винных яблок сех потчуют Иды.

    Звезды мертвых любили всегда,
    Яко гипс лицевой сокрошится,
    Ныне червною станет вода,
    Изваяний и Лета страшится.

    IV

    Из атласов, червонных шелков
    Мгла востлит диаментовых сонниц,
    Сколь в безмолвии красный альков,
    Их поидем искать меж колонниц.

    Аще мрамор темнее вина
    И пасхалы о барве маковой,
    Иудицам достанет рядна
    Со узорчатой тьмой волошковой.

    И начнут фарисеи пьянеть,
    И юдицы еще отрезвятся –
    На исчадном пиру леденеть,
    Где алмазные донны резвятся.

    V

    Се, незвездные яства горят
    На столах и цветки золотятся,
    Четверговок сильфиды мирят,
    О лилеях менины вертятся.

    Ах, претмились земные пиры,
    Благ к эфирным август данаидам,
    Неб и звезд тяжелее дары,
    Оявленные тихим обсидам.

    Хоть несите порфировый хлеб,
    Вин диамент солейте на мрамор,
    Мы тогда и в огранности неб
    Мглу оплачем сиреневых камор.

    VI

    В небозвездной смуге Одеон,
    Молодые рыдают сильфиды,
    Спит фиванская челядь, неон
    Тьмой златя, умиряются Иды.

    Что и плакать, лихих палачей
    Лишь бесят во крови апронахи,
    Со рубиновых ломких свечей
    Татям лепят просфирки монахи.

    Нощно ль ангелы зло сторожат
    Сей путрамент и червные тесьмы,
    Где светильные воски дрожат,
    Хоть и с углем о перстах, но здесь мы.

    VII

    Мел вифанских трапезных столов
    Отражением Цин испугает,
    Нет чернила и звезд, Птицелов,
    Немость эти канцоны слагает.

    Се и вечеря, хлебы, вино,
    Розы с терпкою мятой, не снится
    Яко ад, соглядим все одно:
    Плесень хлебницы кровью тиснится.

    Май не вспомнил цветков золотых,
    Видят Фрея ли с бледной Еленой,
    Как обломки фаянсов пустых
    Прелились ядовитой беленой.

    XIII

    Цветь и свечи в узорчатой мгле
    Красных маков и барвы пасхалий,
    И фаянс на просфирном столе
    Утонченных коснутся ли Талий.

    А и будем каморно молчать,
    Аще веселы здесь фарисеи,
    Их звездами и тьмой соличать,
    Где текут столования сеи.

    И обручников алы найдут,
    И граальской умолятся чаше,
    И тогда нас каймами сведут,
    По челам воск свечельниц лияше.

    IX

    Тусклый август серебро лиет,
    Яства чахнут о столах и хлебы,
    Во незвездности благих виньет
    Это мы ли пируем у Гебы.

    Дале немость, одно и молчим,
    Зря в хлебницах фиванских лилеи,
    Всё диаменты неба влачим,
    Всё пречествуем нощи аллеи.

    Вот еще соявимся из мглы,
    Яко ангельский сад безутешен,
    Юродные оплакать столы
    И вишневую цветность черешен.

    X

    Кто и нежные помнит цветки
    О басме серебряной, из Греций
    Зелень перстную бьют на венки,
    Здесь кантоны иные, Лукреций.

    Полны яств и араков столы,
    Огнь рейнвейнов гасится фаянсом,
    Что, рубинные, дать вам, юлы,
    Тешьте пифий хотя мезальянсом.

    Высоко ль до адвенты снегов,
    Нас ко мглам сонесет ли Цивета,
    Угощайтесь – нагорных лугов
    Слаще нет золотого оцвета.
    • В издательстве «Москва» вышла книга Есепкина «Lacrimosa». Практически одновременно она поступила в продажу в России, Финляндии, США, Польше, Канаде, Израиле, других странах. Издание предваряет аннотация:
    «Яков ЕСЕПКИН – самая закрытая фигура в современной русской литературе. Имя писателя окутано тайной. Известно, что после выхода в самиздате его сборников «Готика в подземке» и «Классика», юного гения восторженно приветствовала советская провластная литературная элита. Между тем он всегда оставался кумиром андеграунда. Есепкина считали надеждой отечественной изящной словесности. Но официальным писателем «ночной певец» так и не стал. Несмотря на усилия в том числе профильных секретарей СП СССР, ни одно его произведение в Советском Союзе не было издано. Реформатор языка и поэтики ввел в русскую литературу жанровое определение г о т и ч е с к а я п о э з и я и оказался вне Системы. Сборники продолжали выходить в самиздате. На рубеже тысячелетий фрагменты из главной книги поэта-мистика «Космополис архаики» опубликовали российские альманахи, это вызвало волну восхищенных откликов в прессе. Есепкин согласился на несколько интервью. И вновь исчез. С годами «Космополис архаики» обрел негласный статус последней великой русскоязычной книги. Ее эстетическое звучание, внешняя мрачность претендуют на эталонное соответствие канонам избранного жанра. Сложное сублимированное письмо Есепкина (нарочито архаический тезаурус, лексические новации, тяжелая строфическая текстура) всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Данное издание можно считать первым приближением к творчеству культового автора.»


  • #2
    ЯКОВ ЕСЕПКИН

    ЭФЕМЕРИДЫ
    • «Самиздатовские книги Есепкина стоят литературной респектабельности всего Серебряного века. Это величайший эстетический парадокс.»
    С. Волков

    XI

    Вишен с пудрою звездной к столам,
    Диаментов порфирных июля,
    Мы угодны ль еще зеркалам –
    Соваянья меловые тюля.

    И смотри, как вольготны оне,
    Бесноватые червные Цины,
    Ведьм ланиты в мышъячном огне,
    Точат хлебные мыши терцины.

    Что, ди Грассо, могли унести,
    Золотые путраменты, небы,
    Виждь, сегодня точатся в желти
    Всечерствые порфирные хлебы.

    XII

    Ледяные пасхалы затлим,
    Апронахи звездами соцветим,
    Как юдольную чернь веселим,
    Так и петь столованиям этим.

    Бродники, вкруг одне бродники,
    Хлеб и вина темнее маковниц,
    А равно мы в хожденьях легки –
    Хоть бы мимо червонных альковниц.

    Фарисеи еще заплетут
    Нашу тусклую кровь на просфиры,
    И тогда нас траурно почтут
    Виноградного сада Зефиры.

    XIII

    Нас ли ждали к эдемским столам,
    Антиохия тех ли взерцала,
    Шелк порфирный вился по углам,
    Днесь его источают зерцала.

    Ванных кафель распишет изверг
    Ядом розным, жасминами Ханны,
    Се порфировый чистый четверг,
    Все пием здесь, хотя недыханны.

    Ах, тусклые оставьте мелки,
    Аониды, по мраморам этим
    Чернь и могут лишь бить ангелки,
    Нимбы коих мы всенощно цветим.



    XIV

    Шелк виется, а новый агон
    Белым феям начать всепреложно,
    Ад слезою востлил парангон,
    Се бери, лишь свечение ложно.

    Как вдоль наших тлеющих виньет
    Пляшут Циты, пируют и днесь ли,
    Спи, Вифания, тьма почиет,
    Драгоценное миро унесли.

    Что же пифии стали бледны,
    Им и вышло сейчас веселиться,
    Тленных юношей в парке Луны
    Сотемнять и за гипсом белиться.

    XV

    Август щедр ко успенным, шелков,
    Яств, рубиновой мглы не жалеет,
    Белых дев целокупный альков
    Днесь еще изваянья лелеет.

    Пить лишь нам золотое, вино
    Прелиется, иные фарфоры
    Теням выставит Геба, одно
    Все мертвецки пьяны бутафоры.

    Сколь и Цины сюда набегут
    Воровать ободки золотые,
    Пир очнется – хотя не солгут
    Мертвым наши амфоры пустые.

    XVI

    Аще тусклые зелени мнят
    Четверговки, еще фарисеи,
    И у Пилы серебром звенят,
    Мы почтим балевания сеи.

    Благородного шелка свитки
    Данаид обтекают надменных,
    Звезды царствий опять высоки
    И алкают балов современных.

    Ах, запомнят ли нас хоть бы те
    Меловницы эллинских смоковниц –
    В битом гипсе и жалкой тщете,
    Воск лиющих на барву альковниц.

    XVII

    Что рыдать - отзвучали пиры,
    Источились фалернские вина,
    Вместо севрской витой мишуры
    Нощно блещет небес горловина.

    Из Тироля востретим гонцов,
    Выпьем яды ль Моравии мрачной,
    Где и челядь беззвездных дворцов,
    Где и плакать о дщери внебрачной.

    Кровь ожгла хоровой мезальянс,
    Но сквозь сон различит Береника,
    Сколь еще серебрится фаянс
    И пирует на небах Герника.

    XVIII

    Мрамор августа бледен и нем,
    Падших звезд насчитаем иль вишен,
    Яко с литией мы не уснем,
    Пусть атрамент и будет возвышен.

    Пировать ли со ядом в устах,
    Цины днесь мелят желтым ланиты,
    А еще во бесцветных перстах
    Огнь лилей, сим дворцы знамениты.

    Все туда – иудицы, псари,
    Вас холодные ждут пировые,
    Где алкали белену цари,
    Хоть бы тени их вечно живые.

    XIX

    Терпсихоры наложницы прыть
    В шелк маскируют юный, всеблудство
    Тщится веки злоцарственно скрыть
    Под любовью одесной иудство.

    Льется нега и чернь весела,
    Наш путрамент свели щелкоперы,
    Бал Аваддо сочествует мгла,
    Суе ж кровью златятся таперы.

    А и станет вам тюлей иных,
    Шелки сеи, мажордом, и брюлы,
    Где лафитники ядов земных
    Подносили нам ветхие юлы.

    XX

    Иокаста под мглою тенет
    И не вспомнит колонских столовниц,
    Всяк слепой из червонных виньет
    Благородных зерцает меловниц.

    В красном выследят нас палачи
    Меж колонн, хоть каждится временность,
    Аще пасха, а цвету свечи
    Уготована лишь нетлеенность.

    Крови мало – садитесь к столу,
    Сей фаянс на крови и серветки,
    И лиется, лиется во мглу
    Пурпур наш чрез страстные виньетки.


    Комментарий


    • #3
      Что это за бредятина? Похоже на некие стихи? Автор перед написанием оных явно сильно принял или мощно затянулся

      Комментарий


      • #4
        Сообщение от Зигизмунд Посмотреть сообщение
        Что это за бредятина? Автор перед написанием оных явно сильно принял или мощно затянулся
        Творчество душевнобольного. Судя по обстоятельности, скорее всего болезнь Блейера, в стадии распада бредовой картины, но не видя пациента невозможно ставить точный диагноз.

        Комментарий


        • #5
          Правда, жуть кошмарная? В психиатрии это называется словесный салат.
          Если нет подходящей рифмы, можно подвинуть ту что есть, или новое слово сочинить, почему бы и нет?
          Кто-то может перевести на какой-нибудь понятный язык например это?

          Терпсихоры наложницы прыть
          В шелк маскируют юный, всеблудство
          Тщится веки злоцарственно скрыть
          Под любовью одесной иудство.

          Комментарий


          • #6
            Сообщение от JollyRoger Посмотреть сообщение
            Правда, жуть кошмарная? В психиатрии это называется словесный салат.
            Скорее резонерство. Есть такой симптом в психиатрии. Здесь, правда, не специальная терминология, а слова со "специальным" значением. Но речь принципиально не воспринимается на слух, при этом внутренняя логика не утеряна.
            Последний раз редактировалось FatCat; 14-06-2019, 02:14 PM.

            Комментарий


            • #7
              Сообщение от FatCat Посмотреть сообщение
              Скорее резонерство. Есть такой симптом в психиатрии. Здесь, правда, не специальная терминология, а слова со "специальным" значением. Но речь принципиально не воспринимается на слух, при этом внутренняя логика не утеряна.
              не похоже , Я тихо хренею стихи написаны на 70% анахронизмами , значения половины я не знаю ,а о четверти только догадываюсь .
              Больше похоже филОлух стебанулся высокопарным стилем, ну типа Пушкина на фене.

              Комментарий


              • #8
                Словесный салат? Тут скорее словесный понос

                Комментарий


                • #9
                  Гений оказался непризнанным. Даже диагноз не поставили. ​​​​Ладно, пусть будет немытый салат, а затем, как результат, понос.

                  Комментарий


                  • #10
                    Сообщение от ХОЛМС Посмотреть сообщение
                    не похоже , Я тихо хренею стихи написаны на 70% анахронизмами , значения половины я не знаю ,а о четверти только догадываюсь .
                    Больше похоже филОлух стебанулся высокопарным стилем, ну типа Пушкина на фене.
                    Использование большого количества малоупотребительных слов называется резонерством. Похоже.
                    Не исключаю филологический стеб. Нужно смотреть все творчество. Когда Фими Жиганец переводит один стих Пушкина на феню , имея сотни нормальных стихов, это стёб. Если все творчество такое, это болезнь.

                    Комментарий


                    • #11
                      Сообщение от FatCat Посмотреть сообщение
                      Использование большого количества малоупотребительных слов называется резонерством. Похоже.
                      Не исключаю филологический стеб. Нужно смотреть все творчество. Когда Фими Жиганец переводит один стих Пушкина на феню , имея сотни нормальных стихов, это стёб. Если все творчество такое, это болезнь.
                      Слов вышедших из употребления, при таком словарном запасе, может он и графоман, но специалист несомненно.
                      У МЕНЯ возникло стойкое ощущение, что эти стихи были написаны лет 200 назад.

                      Комментарий


                      • #12
                        Поторопитесь, пока не расхватали: https://www.labirint.ru/books/683647/
                        Аннотация - это отдельный праздник

                        Комментарий

                        авто

                        Свернуть
                        Обработка...
                        X